Пеларгонии в зарубежной литературе

admin




Большинство упоминаний о пеларгониях появляется в литературе под термином “герань”. И вполне закономерно, что большое количество литературных ссылок на герани появляется в литературе 19-ого века, когда популярность пеларгоний достигла зенита.
Во многих случаях трудно определить, обращаются ли авторы произведений к растениям из рода Пеларгония или из рода Герань – с тех самых пор, когда эти оба рода были объединены в один и растения носили общее название “герань”. Упоминание об ароматных листьях почти всегда гарантирует, что растение, о котором идет речь, – действительно душистая пеларгония.

В романе Огасты Эванс Вилсон “Вашти” или “Пока смерть не разлучит нас” (Augusta Evans Wilson, “Vashti” or “Until Death Us Do Part”), написанном в 1869 году, пеларгонии упоминаются несколько раз:

“Воздух был наполнен благоуханием цветов, которые кивали друг другу из роскошных ваз, расставленных в обеих комнатах; кроме этого, перед одним из окон на бронзовой консоли стоял фарфоровый кувшин, заполненный пеларгониями с яркими цветками.”;

“Мисс Джейн попросила Саломе собрать семена гераней с ароматом яблок и мускатного ореха, которые были устроены на стеллаже около западного окна библиотеки; и, склонившись над фарфоровыми кувшинами, скрытая разросшимися кустами сирени, девочка услышала беседу относительно себя.”


В сборнике Джорджа Элиота “Сцены из жизни духовенства” (George Eliot, “Scenes of Clerical Life”) (1858 год) использован прием сравнения:

“На первый взгляд Милби был уныло прозаичен: грязный городок, окруженный равнинами, подстриженными вязами и разрастающимися деревнями, которые подкрадываются к нему... Но, несмотря на это в Милби наступила чудесная весна: вязы покрылись красно-бурыми почками; кладбище было усеяно маргаритками; трели жаворонков зазвенели на равнинах; радуга нависла над грязным городком, приукрасив крыши и дымоходы… Также здесь обстояло и с человеческой жизнью, которая на первый взгляд казалась мрачным смешением суетности, тщеславия, бездуховности и паров бренди, но, приглядевшись ближе, Вы вдруг находили некоторую чистоту, мягкость и бескорыстность, – также как Вы могли бы увидеть душистую герань, щедро источающую целебные ароматы среди богохульства и джина в шумном кабаке.”

Герань, как один из сказочных персонажей, в сказке Оскара Уальда “День рождения Инфанты” (второй сборник сказок “Гранатовый домик”, опубликованный в 1891 г.) (Oscar Wilde, “A House of Pomegranates”, “The Birthday of the Infanta”):


“Даже красные Герани, которые обычно не спесивы, - у них у самих куча всяческих бедных родственников, - сворачивались кольцом от отвращения при виде его; и, когда Фиалки кротко заметили, что, хоть он и бесспорно очень некрасив, но ведь это же не но его вина, - Герани довольно справедливо возразили, что в этом-то и заключается главный его недостаток, и нет основания восхищаться человеком потому только, что он неизлечим. Да и Фиалки, по крайней мере - иные из них, сами чувствовали, что Карлик как будто даже кичится своим безобразием, выставляя его на показ, и что он выказал бы гораздо больше вкуса, если б принял печальный, или хотя бы задумчивый вид, вместо того чтоб прыгать и скакать по дорожкам, принимая самые причудливые и нелепые позы.”

Среди других писателей 19-ого века, которые упоминают герани в своих работах:

Марк Твен “Очерки”, 1874 г. (Mark Twain “Sketches”);

Мэри Джейн Холмс “Темпест и Саншайн” или “Жизнь в Кентукки” 1854 г. (Mary Jane Holmes “Tempest and Sunshine” or “Life in Kentucky”);

Джозеф Холт Ингрэхэм “Юго-запад, янки”, 1835 г. (Joseph Holt Ingraham “The South-West, by a Yankee”);

Роберт Лоуэлл “Энтони Брэйд”, 1874 г. (Robert Lowell “Antony Brade”);

Мэри Уолстонкрафт Шелли “Судьба Перкина Уорбека”, 1830 г. (Mary Wollstonecraft Shelley “The Fortunes of Perkin Warbeck”).

Не описывая их ароматы, Чарльз Диккенс упоминает герани как оранжерейные и комнатные растения в романах “Крошка Доррит”, 1857 г. и “Жизнь Дэвида Копперфильда, рассказанная им самим”, 1850 г. (Charles Dickens “Little Dorrit”, “The Personal History of David Copperfield”).
Аналогично Уильям Мейкпис Теккерей включает герани в горшках в описание окна гостиной дамы в романе “Ярмарка тщеславия”, 1848 г. (William Makepeace Thackeray “Vanity Fair”):

“Зоркий наблюдатель мог бы даже узнать красный носик добродушной мисс Джемаймы Пинкертон, выглянувший из-за горшков герани в окне ее собственной гостиной.”

В этом романе герани упоминаются неоднократно:

“Реглс приобрел право аренды, чтобы пересдавать дом от себя, и как только нашелся съемщик, опять удалился в свою зеленную; но ему доставляло огромное удовольствие, выйдя из лавочки, прогуливаться по Керзон-стрит и любоваться этим владением - собственным домом с геранями на окнах и с резным бронзовым молотком.”;

“Не велика хитрость быть женой помещика, - думала Ребекка. - Пожалуй, и я была бы хорошей женщиной, имей я пять тысяч фунтов в год. И я могла бы возиться в детской и считать абрикосы на шпалерах. И я могла бы поливать растения в оранжереях и обрывать сухие листья на герани.”

Пеларгонии и герани упоминаются и в творчестве поэтов 19-ого и 20-ого веков:

розовая душистая герань – в книге Френсис Сарджент Лок Осгуд “Поэзия цветов и цветы в поэзии”, написанной в 1841 г.(Frances Sargent Locke Osgood “The Poetry of Flowers and Flowers of Poetry”);

душистые герани также упоминаются в цикле “Розы” Рэйнера Марии Рильке в переводе Джо Шэпкотт, 1998 г (Rainer Maria Rilke “Les Roses”, translated by Jo Shapcott) и в стихотворении Мэй Сартон “Зимняя тетрадь” из книги “На полпути к тишине”, 1980 г. (May Sarton “Winter Notebook” in “Halfway to Silence”);

пеларгонии упомянуты в поэме “Фисташки” Джиллиан Аллнатт в книге “Нанта́кет и Анхель”, издательство Bloodaxe Books, 1997г. (Gillian Allnutt poem “Pistachio” from “Nantucket and the Angel”) и в стихотворении “Дождь” Сандры М. Гилберт из сборника поэзии “Призрак вулкана”, 1995 г. (Sandra M. Gilbert “Rain” from “Ghost Volcano”).


Есть упоминания о геранях и в произведениях французских писателей, в частности, в произведении известного французского писателя 19-ого века Оноре де Бальзака “Отец Горио” (Le Père Goriot, 1834-35 гг.), входящее в цикл “Этюды о нравах”:

“Главным фасадом пансион выходит в садик, образуя прямой угол с улицей Нев-Сент-Женевьев, откуда видно только боковую стену дома. Между садиком и домом, перед его фасадом, идет выложенная щебнем неглубокая канава шириной в туаз, а вдоль нее - песчаная дорожка, окаймленная геранью, а также гранатами и олеандрами в больших вазах из белого с синим фаянса.”

А также упоминание о геранях в романах французской писательницы 20-го века Франсуазы Саган (Françoise Sagan):

- роман “Женщина в гриме” (“La Femme fardée”, 1981 г.):
“Не ожидая ответа, Эдма метнулась к едва сдерживающему свое возмущение капитану и, как гигантская паучиха, оплела его шею, оставив свою помаду цвета герани на его черной бороде.”;

- роман “Приблуда” (“Le Chien couchant”, 1980 г.):

“Окно и здесь выходило на пустырь, Герэ открыл его, облокотился на подоконник и заговорщически посмотрел на свой террикон. В лучах солнца террикон показался ему золотым, а опустив глаза, он обнаружил внизу под окном обнесенные решеткой посадки салата и картофеля, а кроме того, три герани – сад мадам Бирон.”


Класс!